• FAQ
  • Как в рамках Болонского процесса ставится вопрос о соотношении высшего и среднего образования?

Как в рамках Болонского процесса ставится вопрос о соотношении высшего и среднего образования?

Строго говоря, Болонский процесс не занимается (пока?) средним образованием как особой проблемой. Встречающиеся иногда утверждения, согласно которым принципы Болонского процесса «требуют», чтобы, скажем, обладатель диплома бакалавра учился в общей сложности не менее 15 лет (12 лет в школе и не менее 3-х в бакалавриате), плохо соответствуют действительности. Между тем проблема соотношения высшего и среднего образования объективно чрезвычайно важна. Уже упоминавшийся программный документ ЮНЕСКО 1995 года, посвященный вопросам образования и его реформе, отмечал необходимость преодоления «многопланового разрыва» между школьным и вузовским образованием. Школа закладывает фундамент образования, и успешность освоения программы вуза не в последнюю очередь зависит от качества школьного образования. Хороший уровень школьного образования повышает шансы на поступление в вуз и тем самым делает высшее образование более доступным. В России и, ранее, в Советском Союзе преемственность вузовского образования по отношению к школьному формально проявлялась в принципе, согласно которому запрещалось включать в программу вступительных экзаменов в вуз вопросы, выходящие за рамки школьной программы (согласно поныне действующим Правилам приема в вузы, «запрещается требовать у абитуриентов знания сверх объема школьной программы»; этот принцип в последние годы выполняется не очень строго). В ряде западных стран, однако, не считается, что школьный «аттестат зрелости» достаточен для поступления в любой вуз. Например, во Франции (которая до недавних пор сохраняла, пожалуй, самую сложную систему высшего образования) наиболее престижными, элитными высшими учебными заведениями выступают так наз. Школы (Grandes Ecoles). Получаемое в них образование расценивается гораздо выше, чем университетское. Если в Сорбонну и др. университеты можно поступить сразу же после среднего учебного заведения с аттестатом бакалавра, то перед поступлением в Ecole надо пройти двухлетнее обучение в «подготовительных классах» (classes preparatoires). Классы как раз и «доводят до кондиции» учащегося, дают ему знания и умения, необходимые для получения высшего образования, но не обеспеченные (или обеспеченные недостаточно) образованием средним. Близкую функцию выполняли в Англии так наз. Matriculation Classes для школьников (ср. также Abiturklassen в Германии); в основном на взрослых в Великобритании рассчитаны курсы «доступа к высшему образованию» (Access to Higher Education Programmes), обычно одногодичные, которые выдают сертификат, позволяющий претендовать на высшее образование. Отдаленным аналогом такого подхода можно считать подготовительные отделения, существующие при многих российских вузах. К сожалению, опыт подготовительных отделений не собран и не осмыслен. Представляется, что нужно эксплицитно признать разнокачественность образования, предоставляемого разными вузами (как и разными школами), и сделать из этого соответствующие выводы. Одним из таких выводов можно считать необходимость развития сети подготовительных отделений при ведущих вузах с программой, нацеленной не только (даже не столько) на повышение шансов поступления в вуз, но на «разгрузку» учебной программы вуза. Дело в том, что хотя формально российское высшее образование считается – и называется – «профессиональным» (западные системы высшего образования не вводят такого ограничения), в действительности примерно 20% учебного времени в вузе отдано общим дисциплинам (это циклы федерального компонента «гуманитарные и социально-экономические дисциплины» и «естественнонаучные дисциплины»). Возникает непростая проблема. С одной стороны, дисциплины циклов ГСЭ и ЕН определенно важны, они носят общенаучный и мировоззренческий характер, предупреждают однобокость узкого профессионала. С другой, они не оставляют достаточного места для дисциплин специализации и в этом смысле ставят российского студента в неравное положение по отношению к студенту западного вуза, где таких обширных общих курсов обычно нет; особенно это сказывается при разработке совместных образовательных программ. Возможно, частичный выход состоял бы именно в перенесении некоторых общих курсов в школьную программу (например, большей части программы по иностранному языку), а некоторых – в программу подготовительных отделений (которые одновременно были бы альтернативой частному репетиторству). Проблема эта нуждается в дальнейшем исследовании и, вероятно, в проведении соответствующих экспериментов

Печать E-mail